Сайт Ярославского историко-родословного общества

 


Назад >>>

НАШИ РОДОСЛОВНЫЕ • СЕМЕЙНЫЕ ИСТОРИИ




Н.Н. Обнорская,
г. Ярославль

«РОДИТЕЛЬСКОЕ НАСТАВЛЕНИЕ»:
о «Сборнике статей вятского старожила К.И. Клепикова»

          В 1899 - 1901 годах купец города Вятки Константин Игнатьевич Клепиков, приближаясь к восьмидесятилетию, издал сборник своих статей-воспоминаний, размышлений, наставлений детям.
          В это время у Константина Игнатьевича и его супруги Марии Алексеевны в живых было четверо сыновей и восемь дочерей, семнадцать внуков, четырнадцать внучек, правнук и две правнучки. Трое старших сыновей – Федор, Николай и Петр стали купцами, младший сын Александр – фабричный инспектор с высшим образованием. Шестеро дочерей были выданы замуж за купцов, одна – за чиновника, а дочь Вера в 16 лет ушла в монастырь.
          «Все сыновья и дочери с Божьей помощью получили приличное образование, по совершеннолетии по христиански пристроены, живут безбедно и детей своих как должно воспитывают», - пишет Константин Игнатьевич.
          Сохранение нравственных норм, воспитание «как должно» будущих поколений – вот о чем забота патриарха.Этим и интересна чрезвычайно редкая ныне книга, тем более что нам известна судьба некоторых из потомков К.И. Клепикова, так сказать, результат дедушкиного воспитания.
          Самый известный из внуков – Александр Васильевич Чаянов (1888 – 1937), экономист-аграрник, одновременно оставивший след в литературе, краеведении Москвы, в различных областях искусствоведения.
          Внук К.И. Клепикова Сократ Александрович Клепиков – крупнейший отечественный специалист в филигранологии, главный библиограф Библиотеки им. Ленина. Правнук Александр Николаевич Быков – «один из организаторов библиотечной системы в Красной Армии». Библиотекарями, учителями, врачами, учеными, инженерами – образованными людьми с разносторонними интересами и талантами стали многие потомки К.И. Клепикова.
Константин Игнатьевич Клепиков Фото конца XIX века          Рассказывая о книге «вятского старожила», хочется привести побольше цитат из нее; сам язык статей говорит об авторе и его времени. Итак, Константин Игнатьевич Клепиков (1821 – 1907), купец, «вятский старожил», рассказывает о себе.
          «По окончании курса в Котельническом уездном училище в 1833 году (тогда было два класса), я год жил дома. В первых числах августа 1834 года приехал в Вятку, подал директору гимназии прошение с приложением аттестата уездного училища и увольнения от общества. Меня экзаменовали и приняли в первый класс гимназии». Крестьянский сын, мальчик из глухой деревушки Вятской губернии в 13 лет «уволен от общества» и навсегда покинул родительский дом.
          Но на всю жизнь светлым идеалом остались для него обычаи родительского дома.
          «Прежде была простота, доброта, послушание и повиновение старшим, был порядок как в общественной, так и в семейной жизни. Семейства были большие; утром пойдут на работы или по другим делам – всегда скажут: «Батюшка, матушка, благословите». Старики скажут: «С Богом»».
          На исходе восьмого десятка лет видит Константин Игнатьевич новые порядки:
          «В настоящее время в городах мальчики и девочки с 15 лет уходят из дома, не спрашивая позволения у отца и матери… Ныне не прежние порядки, новое время, новые порядки, свободу не стесняют».
          Рассказывает бывший гимназист и о гимназической форме, и о праздничных обеднях в Царевской церкви, и о своих одноклассниках, знакомство с которыми сохранил на всю жизнь. Удивительны память и интерес к жизни у человека столь преклонного возраста!
          «Во время ученья моего в гимназии имел я счастье видеть в классе Наследника Цесаревича, Великого Князя Александра Николаевича, будущего Императора Александра II. В следующие годы после Наследника приезжали в Вятку: попечитель Казанского округа Мусин-Пушкин и знаменитый математик Лобачевский».
          Ученый-математик и наследник престола вызывают у Константина Клепикова почти одинаковый интерес и уважение. Необходимость учиться, польза учения, превосходство ученого человека над необразованным – это, пожалуй, одна из главных мыслей, которые стремится внушить Константин Игнатьевич, и делает это, рассказывая о многочисленных эпизодах своей долгой жизни. Вот лишь некоторые из них:
          «Во время разъездов в летнее время приедешь в деревню… Женщины подают письма, полученные от сыновей и мужевей – солдат, просят прочитать, говоря: «У нас в деревне нет грамотных, носили в четыре деревни, и там никто не умеет письма читать, один Иван-солдат читает азбуку, а село дальше 20-ти верст»… Проезжающий письма читает, женщины плачут; затем просят зайти в избу: закусить чем Бог послал… После закуски отдаешь деньги – не берут, скажут: «Мы рады таким гостям, напредки милости просим».
          Неграмотный мужик вызывает насмешку, сожаление, но о невежестве купечества, в том числе столичного, Константин Игнатьевич рассказывает с горечью и сарказмом:
          «В мае месяце 1857 года я поехал в Москву… В Москве купил товары у фабрикантов, велел приготовлять, уехал в Петербург; через три дня возвратился в Москву, встречаюсь с фабрикантами, купцами, спрашивают: «Где был? Куда ездил?» Отвечаю: «В Питер. Ныне скоро возят». – Я их спрашиваю: «Вы часто ездите в Питер?» - Отвечают: «Редко, но мы ездим по шоссе». – «Почему же не по чугунке?» - «Боимся».
          Московские старики – купцы спрашивают меня: «В которой стороне Вятка?»… - Вот какое было образование у столичных купцов».
          В книге Клепикова запечатлен интересный факт, касающийся Ярославского края. Вот как встречали в Рыбинске первый волжский железный буксирный пароход, который привел две баржи с хлебом.
          «До прихода парохода хозяева конных машин спорили между собою: одни утверждали, что придет железный пароход, другие не верили, что не может это быть, потому что железо на воде тонет. Из всего вышеписанного видно, что назад тому полстолетия русские купцы и промышленники были малограмотны и необразованны».
          Сам же Константин Игнатьевич с удовольствием демонстрирует свои разносторонние знания, свою уверенность в благе и всемогуществе научного прогресса.
          А вот еще рассказ. В Елабуге в 1870 году снесло водой новый каменный мост, построенный без учета советов ученого архитектора.
          «Обыватели ходили смотреть, говорят: «Правду сказал ученый архитектор, что мост снесет». Другие говорили: «Он – ученый, а ученье свет, неученье – тьма».

г. Вятка, Царевская улица. Открытка начала XX века.

          Ученье – свет. Внушая эту истину внукам, К.И. Клепиков, как опытный педагог и оратор, повторяет ее много раз, в разных статьях, и зерна падают на благодатную почву.
          Но вернемся снова к судьбе Константина Клепикова, к его рассказу о своей молодости.
          «В 1834 году открылось в гимназии семь классов; ученики четвертого класса перешли в пятый класс. В гимназии во всех классах учеников было немного более ста человек. Курс оканчивало очень мало: многие из пятого и шестого классов уезжали в университет вольнослушателями или поступали на службу в губернские присутственные места и в приходские учителя. Я тоже, по неимению средств, в 1839 году вышел из пятого класса и поступил по делам коммерческим к вятской I-й гильдии купчихе, потомственной почетной гражданке Репиной».
          Так коммерция с молодости стала главным занятием Константина Клепикова. Круг его торговых интересов был широк, однако главные товары, о которых он знает все доподлинно – цены, рынки и прочее – это хлеб и лен, главные продукты Вятской губернии.
          (В 1915 году его внук Александр Чаянов с группой единомышленников создаст «Центральное товарищество льноводов». Вряд ли интересы деда и внука совпали совершенно случайно).
          Взявшись за торговое дело, Константин Клепиков работал страстно, самоотверженно. Его работа – это постоянные разъезды на лошадях и речных барках, на пароходах и по железной дороге. И в преклонные годы, упоминая о трудностях этих путешествий (и «невозможные» дороги, и крушения на реках, и разбойники в лесах), не скрывает Константин Игнатьевич той радости, того чувства полноты жизни, которые испытывал, когда ехал, плыл, мчался вперед, успевая сделать столько дел, сколько не под силу ленивым домоседам. Его работа – это деловая смелость, быстрота, риск и точный расчет. Называя себя «вятским старожилом», нет, не о себе пишет он вот эти ироничные строки:
          «По правде сказать, вятчане удивительные тяжкодумы, не хватает им смелости, идут лишь по проторенному пути. Старики только и разговаривают: «Надо посмотреть, как пойдут дела». Ну и смотрят, смотрят до тех пор, пока не увидят, что приезжающие с разных сторон купцы торгуют с барышами, да еще такими, что бросаются в глаза. Вот тогда-то наши вятчане, подумавши и сообразивши, скажут: «Что же мы зеваем?»
          …Быть может, молодежь не будет так осторожна».

          Однако основа успеха – в точном и тонком понимании коммерции как науки. Неизвестно, читал ли Константин Игнатьевич книги ученых – экономистов, но статьи его полны размышлений о том, как зависит торговля от различных факторов, прежде всего от наличия и развития путей сообщения. Его выводы масштабны:
          «Значение Архангельска убила не конкуренция новых портов, а постройка железных дорог и открытие пароходного сообщения. Сообщение с другими портами стало удобным и возможным во всякое время года, а Архангельск остался при старом способе сообщения – гужевой перевозке за многие сотни верст».
          Постоянная забота Константина Игнатьевича, «вятского старожила», - о процветании родной Вятки. Приветствует он строительство железных дорог через Вятку: и пути в Казань, и Транссибирской магистрали, но особый интерес видит в строительстве железнодорожной линии на Котлас, которая, по его мнению, позволит оживить давнюю связь Вятки с Архангельским портом.
          «Виден конец тяжелому для Вятки положению: железная дорога Пермь – Вятка – Котлас будет в действии».
          Радея о процветании родного города, Клепиков рассказывает о добрых переменах в Вятке более чем за полвека. Кажется, он знает о городе все: историю каждого дома и улицы, городские анекдоты и добрые дела многих граждан Вятки.
          На добрых людей Константин Игнатьевич особо памятлив, и, вспоминая главное в своей жизни, он счел нужным упомянуть и безграмотных, но отменно честных крестьян – комиссионеров, и губернатора Тюфяева, разумно благоустраивавшего город, и купца Я.А. Прозорова, выехавшего из Вятки «назад тому более 20 лет», но оставившего в городе память как о щедром благотворителе, и многих других.
          Читая рассказы Клепикова, этого самобытного краеведа, написанные легким, живым языком, поневоле сопоставляешь его увлечение историей родного города и явный литературный дар с интересами и талантами его потомков.
          Главное же в жизни этого человека – его семья, его дети, внуки, правнуки. Ради них – вся жизнь и все заботы.
          «Все мое стремление и старание было, чтобы дети были хорошими людьми, чем меня Господь и благословил».
          Для детей – весь опыт огромной жизни. Похоронив супругу, перешагнув 80-летний рубеж, шлет Константин Игнатьевич Клепиков потомкам свое родительское наставление:
          «Братья и Сестры, любите друг друга; помогайте друг другу; веруйте в Бога; исполняйте Его заповеди; трудитесь и молитесь. Желаю Вам многая лета и прошу Вашего доброго поминовения. Вятка. 1903 года июня 12 дня. Отец, дедушка и прадедушка Константин».
          Так отдадим же дань памяти и уважения «вятскому старожилу», талантливому и самобытному предпринимателю, экономисту, семьянину, педагогу, литератору, прекрасному русскому человеку Константину Игнатьевичу Клепикову. Таких людей называют «солью земли». Такими была сильна Россия, стремительно развивавшаяся и обгонявшая в развитии другие страны.

Назад >>>


 


18 ноября
2017 года

Заседание Ярославского историко-родословного общества


















Кольцо генеалогических сайтов

Всероссийское Генеалогическое Древо