Сайт Ярославского историко-родословного общества

 

Вятские огурцы хватские.

2009/03/28
"Северный Край" №54 (25351)
Марина ШИМАНСКАЯ

"Наиболее значительное из сёл Даниловского уезда Вятское, имеющее 1000 жителей, две православные церкви, две богадельни, много каменных домов, мощёные улицы. Так что село может быть названо небольшим городком" - узнаём мы из словаря Брокгауза и Эфрона.

ЗАГОРОДНЫЙ ДОМ

Кто бывал в Вятском, знает, что по живописности ландшафта ему мало равных - вековые липы, взгорки-пригорки, вьющаяся речка, мостики, каменные дома с лепниной. Вероятно, обратил на него свой творческий взор и Н. А. Некрасов - его Кузьминское из поэмы "Кому на Руси жить хорошо" имеет большое сходство с Вятским. Некоторые его наблюдения иронично обидны, но из стихов слов не выкинешь:

...А пуще того - грязное
торговое село.
По косогору тянется,
Потом в овраг спускается,
А там опять на горочку -
Как грязи тут не быть!

Кроме художественных свидетельств о жизни старинного русского села есть в Вятском и документальная летопись его прошлого. В конце прошлого года здесь открылся музей русской предприимчивости, возглавила который Нина Юрьевна Мальцева, уроженка Вятского, проработавшая в Ярославле больше двадцати лет учителем русского языка и литературы и вернувшаяся в родное село, чтобы стать его главным архивариусом.

- Всё началось с того, что в 2006 году в Вятском поселился Олег Алексеевич Жаров, - рассказывает Нина Юрьевна. - Они с женой искали загородный дом и приехали в Вятское по объявлению о продаже дома. Красота села их поразила настолько, что они не только купили дачный дом, но вскоре переехали сюда всей семьёй. Он увлёкся изучением истории, культуры, традиций нашего села. Будучи энергичным и предприимчивым человеком, за два года успел здесь сделать столько хороших дел, что местные жители, говоря о нём, всегда добавляют: "Дай ему Бог здоровья". В селе построили купель с водой из святого источника, состав которой не уступает баден-баденской. Поставили памятник Александру I, убрав бюст Карла Маркса. На улицах стало уютнее, чище. Таблички появились - "Соблюдайте чистоту!" Помог он и школьному музею. А о музее села мы давно мечтали. Но мечты так и оставались мечтами, пока не появился Олег Алексеевич.

КОПЕЕЧКА ЗА КОПЕЕЧКОЙ

Вятское - памятник исторической застройки XVIII - XIX веков. С 1971 года его храмы, каменные дома, исторический ландшафт находятся под охраной государства. Не раз за это время составлялись планы по его реставрации и реконструкции. Памятников истории и архитектуры на древней земле немало, а денег на их содержание практически нет. Нужны частные инвестиции и "умные руки" порядочных людей. А где их взять? Они во все времена -редкость. Но Вятскому должно было повезти хотя бы потому, что в нём так ярко отразилась русская жизнь, хоть учебник истории пиши.

- Говорят, что человек начинает интересоваться своими корнями после сорока лет. Вот и у меня так получилось, - рассказывает директор музея. - Сын-пятиклассник нашёл среди домашних книг старинную псалтырь, на форзацах которой от руки были сделаны записи. Я не могла ответить ему, о ком они, и у самой появилось желание это узнать. Начала поиск в архиве, оказалось, что мой род до девятого колена - старообрядцы. Нашла не только своих прадедов-старообрядцев, но и прадедов своих одноклассников. Потом попросили найти в архиве сведения о школе - так пошла тема просвещения. Одно за другое цеплялось, и "копеечка за копеечкой" начала собираться история села.

КУСНЁШЬ-ЗАСНЁШЬ

Возраст у села солидный. В архивной летописи сёл в XVI веке Вятское упоминается как слободка с торжками в семнадцать дворов. С происхождением названия не всё ясно: то ли оно досталось селу от славянских племён - вятичей, живших здесь в глубокой древности, то ли так отразились в нём особенности местных почв - вязкие. Знал бы Некрасов, что это сама природа сюда вязкости подкинула, не делал бы обидных поэтических намёков: как, мол, тут не быть грязи. Земли здесь низинные и плодородные, словно специально созданные для огородничества. Своими огурчиками Вятское славится и по сей день, но славу огуречной столицы давно утратило. Желающих заниматься, как теперь говорят, "рискованным земледелием" почти не осталось. Как видно, в XIX веке не знали, что огородничество здесь "рискованное", и ежегодно собирали до тридцати миллионов штук огурцов. Урожая хватало не только на близлежащие города, но и для поставок к императорскому двору, на Север и даже за границу - в Швейцарию и Швецию. Ещё в 1920-е годы выращиванием огурцов в Вятском занимались 600 - 700 человек.

- Мои прадеды тоже занимались огородничеством, - продолжает свой рассказ Нина Юрьевна. - На рынок огурцы везли в специальных телегах, сделанных в виде жёлоба. Пять-шесть подвод - и в путь, на базар. Крупные огурцы складывали отдельно - специально для ребят, которые уже у рынка ждали вятский огуречный обоз. Встречали так: "Дедушка, голубчик, выкини огурчик, дядя дорогой, выкини другой". За огурцы ребята присматривали за конями, поили их водой. А продавцы хвалили свой товар так: "Вятские огурцы хватские, как куснёшь - так заснёшь". Ещё больше, чем свежие, любили и знали вятские солёные огурчики. Солили их в двухсотлитровых бочках, прямо в реке, там и хранили, спуская на дно. Такой способ засолки придавал вкусу огурца особенную прелесть.

ПОДВИГ ТЕЛУШКИНА

Не менее известны, чем огуречники, были и вятские отходники. Каменщики, кровельщики, печники, лепщики, мостовщики в 1907 году составляли половину местного мужского населения. Водосточные трубы украшали кружевами не хуже вологодских - ювелиры, а не кровельщики. Теперь об их мастерстве рассказывают музейные экспонаты да легенды.

Самый известный вятский отходник - Пётр Телушкин. Он прославил родное село на всю Россию, отремонтировав в 1830 году в Петербурге повреждённый ураганом шпиль Петропавловского собора. Местные мастера просили за такую опасную работу огромные деньги, а Телушкин - только на расходные материалы. По винтовой лестнице, идущей внутри шпиля, он добрался до окна, сделал петлю вокруг шпиля и, обдирая в кровь руки, начал подъём к кресту. На себе он тащил ещё и верёвочную лестницу, чтобы закрепить её на шпиле.

Демонстрируя чудеса промышленного альпинизма, на высоте 121 метра он за три недели починил кровлю, крест, фигуру ангела и позолотил шпиль. У собора внизу каждый день собирались люди и наблюдали за работой смельчака. Заплатили ему за это 500 рублей. А когда о его подвиге вышла статья в "Сыне Отечества", он удостоился даже царского приёма. Царь вручил ему серебряную медаль "За усердие" на Аннинской ленте, 5 тысяч рублей и царскую чару, в которую хозяин любого питейного заведения должен был наливать вино бесплатно. Говорили, что именно этот царский подарок и загубил Телушкина - мастер спился. По другой версии - кровельщик был отравлен, но точных сведений о его дальнейшей судьбе нет. А в Вятском Телушкины и теперь не перевелись.

- Мы всех Телушкиных пригласили в музей вспомнить родственника. И что интересно - одни признают Петра своим родным, другие - нет. Надо будет в архиве разобраться, кто чей родственник, - ставит перед собой задачи Нина Юрьевна.

ЗАМОК ПОНИЗОВКИНА

Другая местная знаменитость - Никита Понизовкин. В этих краях он появился в 40-е годы XIX века, как гласит легенда, "с одной сумой". Крестьянин, одарённый предпринимательским талантом, построил первый паточный заводик, а за ним и химический. Через тридцать лет русский капиталист Понизовкин, владея в России четырнадцатью паточными заводами, задумал построить самое крупное паточное и химическое производство на берегу Волги. Не догадывался, видно, что есть дело куда выгоднее, чем строительство заводов. Обрядил бы толстых тёток в сарафаны - пусть песни поют, а сам прыгал бы водяным по волжскому берегу - вот бы иностранцев на эту красоту слетелось!

А ведь оснований пригласить в эти края гостей тогда было гораздо больше, чем теперь. По берегам рек - липовые рощи. Под мёд кадушек не хватало - в лодки качали. В лесах тетеревов и голавлей - тьма. Охота и рыбалка - сравнить не с чем. Но ничего такого про туризм Понизовкин не знал и начал строить на Волге огромный по тем временам паточный завод.

После странного исчезновения предпринимателя - уехал полечиться в Ярославль и не вернулся - в 1867 году за работу взялись его жена и сыновья. Дело успешно завершили, а в 1914-м рабочий посёлок украсило здание огромных размеров и необычной для среднерусского пейзажа красоты. Замок Понизовкиных, давно пустующий и полуразрушенный, и теперь выглядит величественно. Тогда подобного ему ни по архитектуре, ни по роскоши внутреннего убранства и отделки в губернии не было. По преданию, построил его Никита Понизовкин, внук основателя завода, для своей невесты -француженки. Позолоченные карнизы, обитые шёлком и парчой стены, наборный паркет, зимний сад под стеклянной крышей, фарфор, хрустальные люстры, богатейшая библиотека в коммунистическом будущем не требовались, поэтому почти всё истребили до основания. Затем замок стал школой, потом клубом и библиотекой, плавно перешедшей в развалины.

Современным предпринимателям, как видно, далеко до Понизовкина - не даётся им производство патоки. В 2008 году завод и вовсе встал, оставив жителей посёлка с революционным названием Красный Профинтерн без последней надежды на работу. Полуразрушенный замок стал символом нашего неумения распорядиться своим архитектурным наследием и провальной организации системы охраны памятников, при которой охраняемый объект беспрепятственно превращается в руины.

ВЕРНОСТЬ СЛОВУ

Но теперь у замка наконец-то появился хозяин - Олег Алексеевич Жаров. После реставрации в нём планируют открыть гостиницу. Высказанное мной сомнение - трудно осуществить такой проект во время кризиса - Нина Юрьевна уверенно опровергла. Жаров слов на ветер не бросает, что задумал - делает. Верность слову роднит его с русскими купцами - только в России вместо юридически оформленной сделки можно было просто "ударить по рукам". Есть в его характере и ещё одно свойство, позволившее ему стать в Вятском своим: способность к помощи, которая не приносит дохода.

- Бабушка моя любила повторять: "Не постись, не молись - милость сделай". В нашем селе это издавна считалось правилом жизни. На купеческие деньги построено здание двуклассного училища в Шилове, в Вятском - богадельня, двухэтажная школа. Купцы Вятского построили училище, на содержание которого шли деньги из общественного сбора, - перечисляет самые значительные благотворительные проекты прошлого Нина Юрьевна. И дальше рассказывает такие истории, которые разрушают мифы о жизни русской деревни.

- Крестьяне сами понимали, что образование им необходимо. В отчёте совета Вятской бесплатной библиотеки указывали, что в помещении постоянно душно от большого количества читателей. Библиотекарем был священник, его помощником - дьяк. Совет библиотеки открыл трактир - все средства от него шли на приобретение книг. Список книг поражает и количеством разделов, и количеством экземпляров.

Как же быть с нашими представлениями о темноте и пьянстве русского крестьянина? Тёмные не читают, а пьяные не выращивают по тридцать миллионов огурцов и не строят такие дома, которые служат селу до сих пор. Вот и музей расположился в доме старообрядца Ивана Галочкина. Они с женой строго смотрят с портрета, занявшего своё место в экспозиции. А вот их старая вера жива и поныне - старообрядческая церковь в Елохове не закрывалась со дня своей постройки. Строил храм Василий Витушкин, а сегодня служит в нём Михаил Витушкин - их династия с тех пор тоже не прерывалась.

Создатели музея не обошли и тему православной веры - рассказали о владыке Симоне, который был родом из этих мест, и о священнике Владимире Вятском, причисленном к лику святых.

ПРО "ЗЕЛЁНЫХ"

Вихри революции "завыли" в Вятском в 70-е годы XIX столетия благодаря народникам - журналисту А. И. Иванчину-Писареву, врачу И. И. Добровольскому, акушерке М. И. Потоцкой. А когда их компанию дополнил известный революционер Н. А. Морозов с типографским станком, работа по распространению среди крестьян сведений о непригодности правительства и несправедливости существующего порядка жизни пошла веселее. Чем закончилась революционная агитация - всем известно. А вот о том, что в 1919 году из вятских мужиков сформировали регулярные отряды бело-зелёных, которые называли себя "народной армией", были вооружены винтовками, имели разведчиков, пулемёты, мало кто знает. Советская власть называла эти формирования по-другому - бандами "зелёных" и, разбив их в 1920 году, постаралась забыть навсегда.

Советская история Вятского изучена пока недостаточно. В 50-е и 60-е годы славилось на всю область местное училище механизации, в котором обучались до 700 человек. Колхоз "Красный луч", созданный здесь в 1931 году, числился в крепких хозяйствах. Его проблемы, имена, судьбы - ещё одна тема для осмысления. Нина Юрьевна записывает воспоминания ветеранов Великой Отечественной, вскоре планирует начать в архиве поиск материалов на репрессированных односельчан.

Энциклопедия Вятского не закончена. По мере заполнения её новых страниц будет углубляться и экспозиция музея. Здесь не пошли по пути дешёвого развлекательства, а о туризме если и говорят, то не как о единственном способе выживания малых городов и сёл. Небольшой музей делает большое дело - просвещает посетителя и предлагает ему задуматься над прошлым. А когда на смену туристической лихорадке придёт время новых Понизовкиных и Телушкиных, можно будет вздохнуть с облегчением - не пропадём.


 


18 ноября
2017 года

Заседание Ярославского историко-родословного общества


















Кольцо генеалогических сайтов

Всероссийское Генеалогическое Древо